Цветочница

Тугой замок тяжело зашевелился и, поддаваясь отмычке, мягко повернулся. Доктор аккуратно потянул ручку. Вот и все. Теперь можно входить. Он еще раз огляделся. Вокруг никого не было. И это было хорошо. Профессионально. Он аккуратно прикрыл двери. Следовало быть очень осторожным. Звон посуды был едва различимым. Это было понятно, девушка не хотела будить своего любимого, который лежал в кровати, раскинув руки. Доктор вытащил скальпель и, мягко ступая по дешевому ковру, обошел спящего. Это был крупный мужчина с крепким крупным подбородком и широкими мозолистыми руками, использующимися, по всей видимости, для тяжелого труда.

Доктор положил руку ему на рот, а второй быстро провел скальпелем по горлу. Все было сделано быстро и четко. Шум был ни к чему. Ведь этот мужчина не был главным блюдом. Проснувшись, он захрипел. Но смертельная рана быстро сделала его податливым и послушным, не способным оказать какое-либо сопротивление. Доктор прислушался. Нет. Шум, доносившийся с кухни, не стих. Наоборот, он только набирал обороты. Увлекшись приготовлением еды, девушка забыла о тишине. 
Запах. Исключительный запах домашней пищи. Он всегда отличался от ресторанного, где нанятые люди готовили хорошо, но без души. Доктор вытер скальпель о простынь. Чистота. Она – залог успеха, как и время – залог жизни. 
Встав у дверного проема, доктор смог отчетливо разглядеть весь весьма небогатый рацион этой бедной семьи. Бобы, листья салата и, кажется, пиво, запах которого он так и не смог точно уловить. Да, они были бедны и счастливы. Но это пока. До этой минуты. Или часа. Лучше, наверное, сказать – вечера. 
Он почувствовал волнение. Мягкое, нежное, возбуждающее, сводящее с ума и раздвигающее пальцы в страстном дрожании. Боже, боже, неужели он почувствует это снова?! Он обернулся и посмотрел на окровавленного мужчину, кровь которого все больше и больше пропитывала дешевые простыни. Нет. Этот рабочий никогда не смог бы подарить ему столь сильные эмоции. 
Доктор прислушался. Неужели? Неужели она еще и поет? Этот нежный, дивный человеческий продукт, несомненно, заслуживает его трепетного внимания. Он аккуратно заглянул за угол. Все, как тогда в магазине. Утонченность, хрупкость, грация. 
Доктор вышел из укрытия и тихо подошел к ней сзади. Запах волос, насквозь пропахший цветами, будоражил. Пропитывал. Заводил. Он обхватил её за талию и, пережав рукой рот, потащил в комнату. Сопротивление. Толчки. Судорожный ужас. Как же это приятно. Он с силой сжал ее. Да. Только так можно получить покой. 
А потом, потом они остались наедине или, правильней сказать, едины. Он всадил ей скальпель. Сильно, порывисто, страстно. Увлажнив её среди этого мрачного существования нищеты и неприкрытого невежественного бытия липкой кровью. Там, где бедность перестает быть пороком, а дешевая еда – кощунством. 
— Мы так похожи, мы так похожи с тобой, – сказал он, мягко касаясь ее бледного лица и аккуратно убирая прядь слипшихся от крови волос. Девочка была на последнем издыхании. Можно сказать, уже почти у самых врат в Поднебесную. Он снова заботливо вытер нож об аккуратно припасенную тряпочку. Чистота должна быть во всем. И так постоянно. 
В этот раз он оказался бесподобен, убив сразу двоих и почти себя не обнаружив. Уроки работы с замками не прошли даром. Он снова посмотрел на нее. Кровь выходила быстро. Рана, которую он нанес, получилась чуть-чуть шире, чем он ожидал. Примерно сантиметра на полтора. 
— Тише, тише. Чуть тише, – заметил он, чувствуя ее резкие вдохи. – Это бессмысленно. Дыши медленней. 
— За что? – тихо спросила цветочница, сглотнув кровь. 
— Неужели ты не понимаешь? – сказал он и обвел рукой комнату. – Я же сказал, мы похожи. Но только ты убиваешь цветы, а я – людей. Наша разница в жертвах. В жертвах, моя дорогая. А в остальном мы похожи, мы оба наслаждаемся агонией наших жертв, убивая их в пик расцвета. Мы – убийцы. Я – твой, ты – цветов. Мы беспощадные машины этого города. 
Она хотела сказать что-то еще. Но он прикрыл ей рот своей ладонью и нанес очередную рану чуть ниже ребра. Девушка вздрогнула и обмякла. Теперь жизнь навсегда покинула ее. Доктор поднялся и вытер пот. В эти сладостные мгновения он потел обильнее всего, покрываясь неприятным мужским запахом. 
Он подошел к окну и посмотрел на город. Дождливый, черный, мрачный, он был, как всегда, прекрасен. Такой, какой и должен существовать для страшных убийц. Убийц всего живого. Таких, как эта цветочница. Или какой-нибудь повар, убивающий отчаянно барахтающуюся рыбу. Он повернулся и посмотрел на бледную девушку. Жаль, очень жаль, что такая прекрасная, элегантная и будоражащая девочка занималась таким пагубным делом. 
автор Заврин Д

Источник ➝

ФЕРШАЛ

Дедушке стало плохо. То ли сердце прихватило, то ли язва разыгралась. Бог его знает. Но факт, что бабушка вызвала скорую помощь. И она приехала. Через час.
Дедушка лежал на диване, так что двери открыла бабуля. На пороге стоял мужчина лет тридцати в белом халате. Он тяжело икнул и сказал:
- Скорую вызывали? Где больной? От мужика яростно несло спиртом. Бабушка посторонилась и показала ему рукой вглубь квартиры. Мужчина нёс в руке большую сумку. Он неуверенным шагом ринулся вперёд и прошел бы…
Прошел бы, если бы не дверь.

Которую он не заметил, что не удивительно в его состоянии. Он треснулся лбом прямо в неё. Рухнув на пол, прежде чем потерять сознание, он прохрипел:
- Я фер, фер, фер. Шал, и отключился.
Бабушка бросилась к упавшему. Дедушка с трудом, постанывая от боли сполз с дивана и тоже пришел в прихожую. Кот. Большой и черный, примчался и вместе со всеми уткнулся в распростёртое тело. Совместными усилиями фершал был притащен в залу и усажен на диван. Дед и бабуля сели по сторонам, поддерживая его руками. Кот сидел на полу и смотрел на мужика в белом халате широко раскрытыми глазами.
Фельдшер постепенно пришел в себя и посмотрев направо и налево заметил:
-Что у вас болит?
Он него пахнуло такой яростной волной перегара, что руки сидящих по бокам разжались сами собой. Мужик рухнул с дивана лицом вниз прямо на ковёр, покрывавший пол. Бабушка и дедушка упали на колени возле него, а кот… А кот пробежался по лежащему телу в белом халате, как по мосту и заглянул ему в лицо.
Фершал раскрыл глаза и увидев прямо перед собой усатую кошачью мордочку вымолвил:
-Я сейчас немножко полежу, потом встану и сделаю вам укольчик. Снимайте штаны.
Черный кот раскрыл глаза ещё шире и взвизгнув от ужаса полез под диван.
Общими усилиями стариков фершала поместили на место, которое раньше занимал дед. Бабуля всю свою жизнь работавшая мед сестрой пошла вниз, и переговорила с водителем скорой. Она порылась в медикаментах и найдя физ раствор и какие-то ампулы, дала водителю несколько бумажек.
-Ты вот что, сказала она. Ты поезжай и перекуси пару часов. На звонки не отвечай. А потом приезжай. Я приведу его в норму.
-Хороший он мужик, сказал водитель. Да вот, дома у него неприятности. Вы уж помогите ему, а я всё сделаю.
Бабушка вернулась назад, и используя вешалку поставила фершалу систему. Вену ей пришлось искать довольно долго. Глаза то уже не те. Такие вот дела. Минут через сорок фельдшер пришел в себя. Кот уже сидел рядом, и с интересом наблюдал за новым лицом. Тут же примостился и дед, временно забывший о всех своих проблемах.
-Что с тобой, сынок, спросила бабушка. Что ж ты, так вот?
Мужик тяжело вздохнул и начал.
-Жена вот от меня ушла и детей забрала.
-А что ж так, спросили хором дедушка и бабушка.
-С хирургом она познакомилась у нас в больнице, продолжал фершал. Вот и ушел из дома, чтобы им не мешать. Квартира моя, но я себе новую найду, пусть живут.
-А взял то с собой что, спросил дед.
-А сумку со своими вещами, ответил фельдшер. Всё остальное оставил. Квартиру и машину. Там ведь мои дети, вот я и оставил им всё.
-Значит, они с хирургом сейчас в твоей квартире живут, помрачнел дед. На твоей машине ездят, и из твоей посуды едят, всё мрачнел и мрачнел дедушка.
-А ну закрой рот, старый, перебила его бабуля. Не видишь, что человеку и так плохо.
Кот вдруг подошел к лежавшему фершалу и забрался на него.
-Ты смотри. Понравился ты ему, удивилась бабушка. Ну ничего, ничего, садись-ка сынок. Я тебе сейчас супчика горяченького принесу.
Они с дедом суетились и постепенно приводили фельдшера в человеческий вид. Кот принимал посильное участие. Он тёрся о человека в белом халате, показывая ему своё расплоложение.
-Где же ты спишь то, сынок, спросила бабушка.
-А на кушетке в больнице устроился, ответил фершал, поглощая горячий, сытный супчик.
Бабушка с дедушкой переглянулись и бабуля продолжила.
-Ты вот что, приходи как к нам вечером, после смены. Посидим, покушаем и переночуешь тут. Помоешься, побреешься.
-Неудобно как-то замялся фершал, потирая шишку на лбу.
-Ты приходи, сказал дед. Заодно, меня посмотришь.
-Ну, если так, то приду, пообещал фельдшер и пошел вниз. Там уже сигналила машина скорой помощи.
Весь оставшийся день дед и бабуля убирали комнату оставшуюся после сына, давно уехавшего за границу, и так больше никогда не появившегося. Они поехали в магазин, приобрели небольшой телевизор, и дед вытащив старый набор инструментов долго вешал его на стену.
А вечером они сидели за столом и переживали.
-А как вдруг не придёт, в сотый раз спрашивала бабуля.
-А я говорю придёт, отвечал ей дед. Тем более, у меня предчувствие.
-Предчувствие у него, скривилась бабуля.
-Предчувствие у меня, сказал ещё раз дед, и поднял вверх указательный палец правой руки. Иди старая, открывай дверь.
Бабуля покрутив пальцем у правого виска всё же встала и пошла.
На пороге стоял фершал в белом халате с большой сумкой в руке. Он тянул руку к звонку и стеснялся.
Через час они сидели за столом и ужинали. Напротив на персональном стульчике сидел большой черный кот. Он переминался с лапы на лапу и щурил глаза. Ему было хорошо. Ему нравилось всё, что происходит. Он одобрял. Кот смотрел на мужчину, уплетавшего куриный суп и тихонько мурлыкал.
Так фершал и остался жить у бабушки с дедушкой. А вскоре к ним приехала проведать внучка, лет этак двадцати пяти. Так всё и случилось.
Теперь они живут все вместе. А дедушка всё никак не может вспомнить, по какой такой причине они вызвали тогда скорую? Он говорит, что это бабушка плохо себя чувствовала. Ну что с него возьмёшь – склероз.
А может это черный кот виноват? Кто их знает, этих черных котов. Они на такое способны, что мама моя родная.

ОлегБондаренко

Картина дня

))}
Loading...
наверх