Малыш

Длинная очередь вереницей тянулась вперёд. Его выбирали. Подходили, трогали, смотрели. Улыбались, трепали за щёки . Он устал от них, но позади дверь закрыли и нужно было ждать. Пока его выберут и уведут жить.

Рядом за большим письменным столом сидел угрюмый мужчина, неопределенного возраста, и протоколировал всё и всех, кто подходил к Малышу. Он равнодушно задавал вопросы, не поднимая глаз от бумаг, и сухо выводил чёрные линии.

Малыш смиренно стоял, пока лица перед ним менялись. Такие разные, но одинаковые, глаза, улыбки, жесты.

А потом он вдруг подумал, а чего это выбирают ОНИ? Это он пришёл к ним, а не они к нему. Он радостно подскочил и побежал вдоль очереди. Ой, да, тут так не принято. Вести себя нужно совсем по-другому. Совсем никак. Помалкивать и ждать.

Очередь осуждающе запричитала. Мужчина за письменным столом отложил ручку и опустил очки на переносицу. А где-то совсем рядом вдруг раздалось робкое хихиканье. Малыш притормозил. Заулыбался и с размаху уткнулся в плечо. Засопел. Плечо было костлявым и неуютным, так казалось владельцу того самого плеча. Как можно на него опираться? Оно не мягкое совсем, не по размеру. Но Малыш со всех предоставленных вариантов взял да и выбрал именно его. Худое, костлявое плечо. Оно было последним в очереди. Неуверенным, и если бы Малыш не был таким настойчивым, они бы не встретились. Полногрудая и пышная женщина запротестовала. Она могла и обогреть, и накормить, и приласкать. Костлявое плечо стеснительно сжалось. А Малыш ещё больше вжался носом в колючую ключицу, и из-под лба посмотрел в хитрые узкие глаза. Плечи у неё теплые и пышные, а глаза холодные. Не нужен он ей. Как и она ему. Другая женщина предложила мягкую подушку, голубую, как море, и уютную. Малыш лишь покосился на красивый предмет без души и ещё сильнее зарылся в плечо. Угловатое, костлявое, оно грело, как огонь. И мягкое было, до беспредела. Малыш вздохнул и засопел. А плечо боялось пошевелиться. Острое, и такое совсем неудобное. Малыш заулыбался во сне. И прижался сильнее. И плечо обмякло. Хоть и костлявое, но родное. До беспредела. И мягкое. И круто, что у него теперь есть такой Малыш, который видит сердцем. И не проведёшь. Малыш посапывал на уверенном плече. И так его и унесли, вдоль притихшей очереди. В открытую дверь. Жить. Вместе.

Мужчина за письменным столом закрыл книгу и заулыбался. Над дверью загорелась табличка «Следующий». Он снова надел равнодушие на лицо и отворил дверь. Первый их выбор — и им решить выбирать, или быть выбранными.

© Алеся Максимова

Источник ➝

ГАРАЖ

«Нет ничего страшнее закрытой двери…» (Хичкок, Альфред)

Своего одноклассника Витю, я узнал далеко не сразу и не только потому, что не видел его лет двадцать. Да, он потолстел, постарел, поседел, но не это главное, вся нижняя часть Витиного лица, от носа до подбородка, была оклеена медицинским пластырем.

Ну, я естественно сразу и спросил: - «Витек, что случилось, подрался, или в аварию попал?»

Витя, стараясь держать нижнюю челюсть неподвижной, ответил, открывая рот вместе со всей головой и от этого он выглядел как персонаж кукольного театра:

- Да, нет, какая там драка? Если бы подрался, было бы не так обидно. Это я новый замок в гараже ставил.

Уже два месяца прошло, зажило почти. Видел бы ты раньше мою губу. Вот отсюда и досюда порвалась, зубы наружу торчали, как у вампира.

Сейчас хоть зарастает потихоньку.

- Так, а что случилось? Дверью ударило?

- Я ж и говорю – замок в гараже менял. Старый вынул, новый вставил, но с ним был один момент - я боялся, что если гараж захлопнуть снаружи, то изнутри уже не откроешь. На самой двери вроде бы открывался, но в одиночку закрываться и экспериментировать не хотелось, а то захлопнусь и, не дай Бог, не смогу открыться, не докричусь потом. И как назло, ни одного соседа в гаражах.

Вышел я на улицу, думаю - поймаю кого-нибудь, с ним и проверю, подстрахуюсь.

На улице тоже ни души, пошел дальше, спустился аж к школе. Смотрю – идет двоечник с портфелем. На вид лет десять, потом оказалось - первый класс. Теперь первоклассники такие кабаны пошли, вообще…

Сынок, говорю, шоколадки любишь (а у меня, кстати, в гараже, на самом деле была одна)

Люблю, говорит.

Ну, так пойдем, кое-что мне поможешь – получишь. Он помялся слегка, но согласился.

Пришли к гаражу, я показал как открыть замок и спокойно захлопнул этого хлопчика внутри…

…Открываю глаза, вокруг все сине-зеленое, смотрю на руки, они связаны ремнем, а надомной склонились менты и врачи.

Кругом кровища, моя кстати кровища, когда падал, за гаражную ручку губой зацепился.

Короче, оказывается, пока мы с тем пацанчиком шли к гаражу, за нами увязался какой-то бдительный старый пердун и когда я закрыл хлопчика внутри, тут он меня сзади кирпичом и накернил.

Губа – это фигня, ты бы видел рентген моей проломленной башки.

Потом, конечно, все быстро выяснилось, но мне-то от этого не легче, и со старого пердуна взять нечего, он, типа, проявил бдительность и в его действиях не обнаружено состава и все такое… да ну его на хер…

Я, изо всех сил борясь с приступом смеха, сочувственно кивал Витьку, желал ему скорейшего выздоровления, а сам, не без удовольствия думал – а ведь не зря я в последние годы стараюсь держаться подальше от одиноких маленьких детей, а уж в лифте с ними даже не здороваюсь…

© Grubas

Картина дня

))}
Loading...
наверх